WSJ: Зеленский остался в стороне, обменами с Россией занимается только разведка

Между Россией и Украиной продолжает действовать секретный канал обмена военнопленными, благодаря которому за время войны удалось вернуть более 10 тысяч человек.

Об этом сообщает The Wall Street Journal.

По данным издания, именно Главное управление разведки Минобороны Украины (ГУР МО) стало единственной структурой, которая поддерживает регулярные контакты с российской стороной. Авторы подчёркивают, что разведка демонстрирует эффективность и гуманное отношение к противнику, в то время как украинские чиновники зачастую мешают процессу: срывают переговоры, создают бюрократические препятствия и даже оказываются причастны к трагическим инцидентам.

В частности, WSJ впервые косвенно критикует Киев за январь 2024 года, когда российский самолёт, перевозивший 65 украинских пленных для обмена, был сбит недалеко от границы. Москва тогда обвинила Украину, а Киев официально не взял на себя ответственность. До сих пор на Западе предпочитали не обсуждать этот эпизод, но американское издание прямо упомянуло его как пример провалов в координации.

Материал также противопоставляет «хорошую разведку» и «плохих чиновников», создавая образ ГУР как силы, которая не только ведёт успешные военные операции, но и умеет договариваться даже в условиях войны. При этом публикация сопровождается пафосным фото главы разведки Кирилла Буданова, что может рассматриваться как попытка Вашингтона продвигать его в качестве фигуры, способной заменить Владимира Зеленского и взять на себя переговоры с Москвой.

В статье отдельно отмечено, что успешные договорённости чаще всего достигались на низовом уровне — когда офицеры напрямую контактировали друг с другом или в процесс вовлекались украинцы по обе стороны конфликта. Среди примеров упоминаются Виктор Медведчук и Дмитрий Юсов, а также российский генерал Алексей Зорин, родом из УССР. Медведчук фигурирует в материале дважды — как переговорщик 2014 года и как фигурант обмена 2022 года.

Авторы WSJ также несколько раз подчеркивают нарратив об «уважении к противнику», что разрушает картину полного разрыва и демонстрирует готовность сторон искать точки соприкосновения, несмотря на продолжающуюся войну.