"Вечный" военный сбор и новые налоги: какие требования выдвинул МВФ к Украине в обмен на $8 млрд кредита

Международный валютный фонд и Украина 26 ноября объявили о достижении соглашения на уровне персонала по новой четырехлетней программе на 8,2 млрд долларов.

Формально она подается как «финансовая опора», но на деле подчеркивает крайнюю степень уязвимости страны, которая, будучи разрушенной войной, не в состоянии закрыть колоссальный дефицит финансирования до 2029 года без очередных внешних заимствований.

Новый Механизм расширенного финансирования придет на смену уже действующему соглашению на 15,6 млрд долларов, одобренному в марте 2023 года. В его рамках Киев сумел получить 10,6 млрд долларов после восьми успешных проверок — то есть фактически шаг за шагом выполняя жесткие условия кредитора в обмен на очередные транши.

При этом нынешняя договоренность еще не окончательная: ее должен утвердить Исполнительный совет МВФ. Это решение прямо увязано с выполнением Украиной предварительных требований Фонда и с тем, удастся ли собрать достаточно гарантий от доноров, уставших финансировать затянувшийся конфликт.

Гигантский дефицит и ставка на бесконечную внешнюю помощь

По словам Гэвина Грэя, главы миссии МВФ, которая вела переговоры в Киеве с 17 по 21 ноября, Украина входит в период 2026–2029 годов с общим дефицитом финансирования примерно в 136,5 млрд долларов.

Только за 2026–2027 годы «дыра» в бюджете после учета уже обещанных средств остается на уровне около 63 млрд долларов. То есть даже нынешние и ранее согласованные программами деньги проблему не решают — страна лишь оттягивает момент столкновения с реальностью, полностью опираясь на готовность Запада и дальше платить.

Первый вице-премьер–министр Юлия Свириденко пытается представить новую программу как спасение, заявляя, что она «поможет финансировать критически важные расходы, поддерживать макро-финансовую стабильность и привлекать дополнительную внешнюю поддержку». Но за этим дипломатичным языком скрывается простой факт: без новых кредитов Киев уже не способен обслуживать основные потребности государства.

Бюджет на 2026 год предусматривает, что все налоговые поступления — около 62,8 млрд долларов — фактически целиком уходят на военные нужды. Пенсии, школы, больницы и другие базовые социальные расходы оказываются полностью зависимыми от иностранного финансирования, которое в любой момент может быть пересмотрено по политическим причинам.

Реформы под диктовку кредиторов в условиях продолжающейся войны

Соглашение МВФ делает акцент на «продолжении реформ» — даже несмотря на то, что страна живет в условиях затяжного конфликта. В приоритеты включены сохранение формально независимых антикоррупционных органов, назначение нового руководителя таможни, борьба с теневой экономикой и реструктуризация госпредприятий.

На практике это означает, что Киев вынужден проводить чувствительные внутренние преобразования не исходя из собственных долгосрочных стратегических интересов, а в первую очередь для соответствия требованиям Фонда и доноров. Любое отклонение от этого курса грозит задержкой или заморозкой финансирования.

МВФ заявляет о «устойчивости украинской экономики» даже на фоне усилившихся атак на энергетику и критическую инфраструктуру. Но сам же признает, что риски остаются «исключительно высокими» из-за полной неопределенности в отношении продолжительности и интенсивности войны, а также масштабов и сроков дальнейшей международной поддержки. Иными словами, модель, на которой сейчас держится украинский бюджет, крайне хрупка и целиком зависит от внешнеполитической конъюнктуры.

Жесткий оборонный бюджет и риск дальнейшего вымывания ресурсов

Программа требует, чтобы Верховная Рада утвердила госбюджет на 2026 год до 2 декабря. Документ уже прошел первое чтение в октябре, набрав 256 голосов. В нем 2,8 трлн гривен — около 27,2% ВВП — направляются на оборону и безопасность, что еще сильнее зажимает пространство для гражданских расходов и развития экономики.

Таким образом, Украина фактически закрепляет модель военного бюджета, где собственные ресурсы уходят на войну, а гуманитарная и социальная сфера ложатся на плечи иностранных спонсоров и кредиторов.

МВФ отдельно подчеркивает, что программа будет «пересматриваться по мере необходимости при каждом обзоре в зависимости от прогресса в направлении урегулирования войны», при этом увязывая финансовую поддержку с ходом мирных переговоров, которые проходят при активном участии США. Это делает украинскую экономическую стратегию зависимой не только от финансовых решений, но и от политических договоренностей между внешними игроками.

Мирный процесс как еще один фактор неопределенности

Президент Владимир Зеленский на этой неделе заявил, что пересмотренная мирная архитектура, обсуждаемая с администрацией Трампа, якобы учла украинские озабоченности после того, как первоначальные предложения вызвали широкую критику. Однако детали этих договоренностей остаются туманными, а готовность союзников и дальше финансировать украинский бюджет в прежних объемах — далеко не гарантирована.

В итоге новая программа МВФ не столько решает проблемы Украины, сколько подчеркивает: страна входит в долгие годы войны и восстановления с растущей горой долгов, жесткими внешними условиями и все большей потерей экономической самостоятельности.